В конце мая 2020 года я и Гриша Щукин пролезли новый маршрут по западной стене Труда. Категория трудности — 1200 м М6 WI5 6b. В привычных категориях это что-то вроде 5Б. Гора стоит в массиве Талгара, высшей точки Заилийского Алатау. С одной стороны массива находится ущелье Средний Талгар, в котором раньше стоял альплагерь, а сейчас только зеленеет трава, пасутся теки и бродят мишки. С другой стороны — самый большой ледник в нашем хребте — Корженевского.

Район хорошо освоен: на каждую вершину в прошлом веке прошли маршруты сложностью до 5Б. Правда, освоен Талгар так давно, что забыт почти полностью. Тропы, беседки, стоянки и прочие артефакты кажутся следами давно ушедшей цивилизации. Впрочем, отбросив лишнюю мистику, так оно и есть.

Началась эта история в 2014 году. Тогда Артём Скопин протянул мне фотографию: «Шеф [Ерванд Тихонович Ильинский] попросил тебе передать». С тех пор эта фотография висит над моим рабочим столом. На ней западная стена Труда.

В первый раз я полез на Труд с Турсунали Аубакировым 2015 году. На маршруте было много толстого льда и пара верёвок сухих скал. На скалах-то мне и не хватило опыта, самообладания и глюкозы в крови, чтобы долезть последние сложные и страшные метры. Спустились. К нам несло непогоду, времени и сил на вторую попытку не осталось.

Второй раз случился почти спонтанно. Я много тренировался в городе, потом как следует расходился в Туюк-Су. Работы нет, погода отличная, можно сходить что-нибудь интересное. Позвал Гришу Щукина на Труд. Гриша молодой и сильный, даже без раскачки в домашнем районе вывезет. Он махнул рукой на институт и согласился.

Гриша Щукин переправляется через Левый Талгар

Подход

Вышли из альплагеря рано утром 25 мая. Поднялись на Талгарский перевал, спустились в Левый Талгар, а там нет бревна, по которому переходят реку на пути к перевалу ТЭУ. Хм. По пути, на полкилометра ниже, я видел ещё одно. Потоньше и только через основное русло, но всё приятнее, чем переходить бурную реку вброд. Спустились до бревна, коньковым методом переправились через главную протоку, потом вброд через вторую поменьше. Чуть выше места переправы на песке увидели следы снежного барса. Ого.

Примерная нитка нашего подхода. Точный трек не писали.

Поднялись до речки Наурыксай и по её заросшему ущелью пошли вверх. Там внизу лежит череп тека, чуть выше рог. Я помню их с прошлых походов сюда, но над Гришей пошутил. Дескать гляди: где-то такое уже было. Год назад у нас случились пляски с медведем в Западном Кокшаалл-Тоо, там тоже повсюду валялись рога и копыта. Гриша хмыкнул и пошёл дальше. Скоро наткнулись на свежий медвежий помёт, ещё выше на деревья с ободранными стволами и следами когтей. Здесь уже я хмыкнул: хм… где-то такое уже было. Ну ладно, медведь так медведь.

Лагерь в верховьях Наурыксая. Фото Гриши Щукина

К четырём вечера вышли из зоны леса и оказались на широкой моренной поляне выше зоны леса. Меня слегка пошатывало, потому что на завтрак я съел три печеньки и ломтик сыра. На этом фоне поляна казалась особенно привлекательной. В конце весны там журчат ручьи, круго́м стелятся невысокие кусты арчи и копошатся сурки. Поужинали и залегли спать.

Утром Гриша отошёл за бугор по нужде. Вернулся загадочно улыбаясь. «Я, говорит, медвежью берлогу нашёл. Там под камнем». Такие же норы мы видели прошлым летом. Этого ещё не хватало!

Гриша Щукин выходит на перевал ТЭУ Северный. На фоне, справа от центра — пик Рождества, справа — Орджоникидзе

Подъём на перевал ТЭУ длинный, напоминает подъём на перевал Орджоникидзе. Нам повезло и снежник, начавшийся в нижней части склона прекрасно держал. Нацепили кошки и потихоньку выгребли наверх к восьми утра. Впереди ждал ледник ТЭУ. Проскочить его по холодку важно. Если снег не успел раскиснуть на солнце, пересечь ледник можно за 40 минут. Зато когда снег прогреется, придётся месить его два часа. Проскочили!

На морене ниже ледника маленькое озеро с песчаным пляжем. На песке увидели следы мишки.

Схема Среднего и Правого Талгара и ледника Корженевского
Схема Среднего Талгара (нажмите, откроется большая).
А вот примерная нитка нашего подхода

Спустились в Средний Талгар к десяти утра. По плану мы собирались ночевать под бастионами Караульчитау. К ним пришли в одиннадцать. Там стоит остов деревянной беседки, ручей впадает в небольшое бирюзовое озеро, из огромных плоских камней выложены столы. Выходит, рассказы старших товарищей правда: раньше трава была зеленее, снег холоднее, а альпинисты складывали себе столы из глыб размером с холодильник. Чтобы не сидеть целый день на берегу озера, собрались и пошли к леднику Крошка. Чем старше я становлюсь, тем более странными кажутся подобные решения.

По старой тропе поднялись на древний моренный вал и спустились к леднику. Здесь уже свежая морена, и какой камень ни тронь, он шатается и норовит сползти. Один снялся с места и набирая скорость поехал к Грише. Пока медлительный камень долетел, быстрый Гриша уже убежал и даже врезался в другой, для верности. Узкий проход между скалой и льдом будто охраняли камни, висящие на леднике сверху. Не-не, туда мы не полезем. Нацепили кошки и обошли этот проход по леднику справа. Там тоже непонятно на чём держались камни, но поменьше. На самом деле, все ужасы отлично обходятся слева по кулуару под скалами. Это мы узнали уже на спуске.

На боковой морене под перевалом между Трудом и пиком 4012 нашли старую стоянку. Подравняли, убрали камни, построили стол из камней размером с коробку из-под обуви и признали лагерь готовым. По пути я думал: если придём до четырёх часов, то на следующий день можно лезть. Часы показывали половину четвёртого. Гриша с надеждой спросил: «Завтра же отдых, да?» Я отмёл сомнения: отдых!

Сходили под перевал между Чекистом и Актау. Оттуда видна наша стена. Льда меньше чем в 2015-м. Досадно. Я специально решил идти пораньше, чтобы льда было побольше. Ну да ничего, справимся. Вернулись на морену. Чтобы не пролёживать оставшееся время, я пошёл на перевал, под которым мы поставили лагерь. За полчаса выбрался наверх. На перевале ясно читается тропа с ледника Южный Талгар на Крошку. Поднялся в сторону 4012, оттуда открывается вид на Южный Талгар, Даугаву и северную стену Труда. От Труда к 4012 идёт гребень, по которому мы планировали спускаться. С перевала он казался чередой дружелюбных снежных холмов. Ну-ну. Сфотографировал окрестности и скатился к палатке. Ну всё, теперь устал.

Пик 4012 (читается четыре двенадцать) ещё называют «Экстра». Именно так называлась водка, бутылка которой в 70-х годах прошлого века стоила 4 рубля 12 копеек.

Цирк ледника Южный Талгар. Скальная пирамидка слева — Талгар Гл., 4973 м; Снежный купол правее — Талгар Южн., 4900 м; Перевал в центре кадра — Талгарский провал. Вершина над длинным контрфорсом справа от перевала — Даугава. Труд — крайний справа.

Весь следующий день я читал лёжа в палатке, Гриша прятался от солнца под тентом из подстилки. Встать решили в половине второго. Так простую нижнюю часть маршрута пролезем в темноте, а на сложную верхнюю останется побольше времени. Правильно сделали, к слову.

Пик Труд с нитками маршрутовЗападная стена пика Труд
Западная стена пика Труд с нитками маршрутов и без. Вид с ледника Крошка

Восхождение

Вышли 28 мая в три часа утра. От луны светилась только узкая ухмылка, звёзды светили тускло. Чтобы понять направление, приходилось закрывать фонарь рукой и ориентироваться на большие снежные пятна. Снег на леднике затвердел за ночь, поэтому к началу склона подошли быстро. Связались и полезли.

Нижняя часть маршрута идёт по крутому снежному кулуару. Там лезли одновременно и не страхуясь. Я закрутил бур только на выходе с 10-метровой ступеньки в середине кулуара. Отметил: в прошлый раз пролезли тут по льду, а сейчас ступенька полностью скальная. Ещё немного и слева появился кулуар, который упирается в наши камины. По снегу и простым скалам я поднялся к началу крутого льда и принял Гришу.

Первые верёвки прошли гладко. Круто, занимательно, но ровно. Третью станцию я сделал в камине за ледяной колонной, чтобы Гриша был прикрыт ото льда и камней, которые нет-нет да и падают из-под меня. Сразу после короткого траверса влево от станции лёд стал тонким и рыхлым. Колонна оказалась не закреплённой сверху — опираться, а уж тем более лезть по ней, не хотелось. Скала перед лицом выкрутилась до вертикали. Весь набор, словом. Закрутил самый короткий бур, повесил на него амортизатор и распирая клювы инструмента в щели зацарапался наверх. Дальше ещё 40 метров крутого льда, но после предыдущего участка они показались простыми.

Пересекли снежное пятно, поднялись ещё немного, чтобы верёвки точно хватило на следующий участок. Там камин с сосулькой внутри и стенками, покрытыми тонким слоем красивого как карамель натёчного льда. Обычно в каминах лезть трудно, потому что всё трётся о стены и мешает лезть. В этот раз трения почти не было, поэтому я одним боком расслабленно скользил по стене вверх. С другой стороны, правда, я задирал ноги и судорожно упирался в мелкие полочки на нависающей стене. А потом упёрся в странную ледовую формацию. Судя по форме, тут отвалился кусок сосульки и остался ледовый карниз с промоиной в левой части. На треть завернул бур в потолок, повесил на него рюкзак и принялся выцарапывать полочки под клювы. Именно выцарапывать, потому что бить в сосульку, держащуюся одним боком, страшно. Над головой в камине показалась пробка. В прошлый раз она была залита льдом и получился такой нависающий лоб. Сейчас под пробкой светился просторный лаз, в который я с облегчением нырнул.

В первую попытку мы пролезли ещё выше, но об этом я помню только то, что там был нависающий камин, который я как-то без лишнего шума вылез. В этот раз пришлось напрячься. В первую очередь волновали разрушенные скалы, которые чуть что ссыпались к Грише. Но я уже набрал обороты, поэтому скоро вылез и тут. Следующий короткий участок привёл к развилке, с которой я ретировался в прошлый раз. В этот раз я был хитрее: достал из рюкзака скальники, переобулся и полез. Сделал несколько перехватов по шевелящимся откидкам, поставил синий камалот повыше и слез, чтобы перевести дыхание. Собрался и полез. Добрался до якоря под гудящей нашлёпкой. С него я уехал в прошлый раз. Распёрся между гладкими стенками угла, сжался, разжался и достал до нормальных зацепок. В скальниках это было непросто, в кошках и с инструментами я бы такое не осилил. Пролез ещё 40 метров по пологой монолитной скале и оказался на широкой горизонтальной полке. Над ней, очевидно, крыша.

Прилетела чёрная, с жёлтым клювом альпийская галка и, паря на восходящих потоках, разглядывала то меня, то Гришу.

На крыше лёд, раскисший снег и скалы. Верёвка, вторая, начало третьей. Отошёл от станции, стою в метре от ледового пятачка, собираюсь крутить бур. Заметил камень, летящий сверху. В этот же момент получил им в лицо. Гриша радостно скомандовал снизу: я поймал дужку! Какая к чёрту дужка! Лоб будто обожгло, на снегу показались первые красные капли. Потом ещё и ещё. Не было печали! Закрутил бур, спустился на станцию. Гриша попытался заклеить бровь пластырем, но он не держался. Я махнул рукой: так полезу. Только время от времени пришлось мотать головой, чтобы стряхнуть кровь с брови.

Кирилл Белоцерковский на крыше
Крыша. Скоро придётся траверсировать плиту влево
Фото Гриши Щукина

Долез этот участок, начал следующий. Там ледовый склон выдавил на гладкую 40-градусную плиту. Шаг влево на выступ шириной 2 сантиметра и всё, тупик. И что мне теперь, маятник качать? Ну уж нет! Поставил левую ногу на неровность шириной в спичку, правую чуть левее, снял инструмент с плеча и дотянулся до льда! Фух, спасся!

Следующая верёвка вывела на гребень, где я уверенно по крутой плите влез на вершину. Огляделся по сторонам, а там… ну вот. Вершина на 80 метров западнее, а по плите вообще лазить не нужно, там ступеньки за углом. Спустился и, обходя жандармы, по засыпанному снегом гребню вскарабкался на вершину. А там и Гриша подошёл.

Гриша Щукин и Кирилл Белоцерковский на вершине пика Труд
Фото с вершины. 28 мая, 19:40

Половина восьмого вечера. На востоке огромный, почти на полкилометра выше, Талгар. На юге — массивный ледник Корженевского, из которого торчат снежные купола Бивачной, ГУВВО и Близнецов и тянутся, тянутся снежные горы до горизонта. На юго-западе в жёлтой закатной дымке читаются силуэты домашних гор — Комсомола, Орджоникидзе, Партизана. Увы, нет времени рассиживаться, поэтому я быстро отправил сообщение домой, и мы погнали вниз.

Мы выбрали самый безопасный, но, как оказалось, не самый простой вариант спуска — по гребню между Трудом и 4012. Для начала прошли по восточному гребню Труда в сторону Даугавы и, как только показался лёд, начали вешать верёвки в сторону перемычки в гребне. Семь косых перил вывели нас на перемычку. Вот тут-то заживём! Но всё оказалось непросто.

Кирилл Белоцерковский на спуске с пика Труд
Я в средней части спуска на гребень. Справа ледник Южный Талгар. Гребень упирается в вершину 4012
Фото Гриши Щукина

Снег на гребне размяк и держал ровно до тех пор, пока на него не встанешь всем весом. Тогда он ломался и мы проваливались по пояс. Гребень, казавшийся прогулочным, оказался чередованием 50-метровых спусков и подъёмов. Мы поднимались, спускались и повторяли это снова пару часов, пока не упёрлись в жандарм. На левой его стене свободно стояли большие блоки. Стенка, обращённая к нам, напоминала интересный скалолазный маршрут, а стенка справа — неинтересный, потому что там было разрушено. Налево, в наш цирк, уходил тёмный узкий кулуар, вправо крутой снежный склон. Из всего этого великолепия я выбрал самый безопасный вариант — снежный склон. После спуска его придётся траверсировать, он длинный и крутой, но точно снова выйдет на гребень. Да и страховаться там можно: под снегом лёд. А вот непонятный скальный кулуар может завести в разрушенные дебри. За полчаса облезли жандарм по льду и оказались на горизонтальном гребне, откуда вниз уходит осыпной кулуар. На большом камне стоит камень поменьше — вроде тур, а вроде и нет. Кажется, место похоже на начало спуска. Двинули вниз по средней осыпи. Ещё через полчаса были на морене, а там уже и до палатки шапкой добросить. Вернулись в два часа ночи. Выходит, мы развлекались 23 часа!

Выпили воды, я забрался в спальник, а Гриша ещё гремел кастрюлями и готовил себе ужин.

Отход

Проснулись в 10 утра. Лениво собрались и неспешно пошли в сторону ледника ТЭУ. Торопиться некуда, поэтому останавливались там и тут. К леднику пришли в пять вечера. За день снег раскис и мы плавали бы в нём по пояс. Поставили палатку у ручья в 50 метрах от ледника. Над головой клубились тучи, но уже не волновали. Из палатки открывался отличный вид на Талгар и на пару небольших озёр чуть ниже нашего лагеря.

Вид на Талгар от ледника ТЭЮ Северный
Вид на массив Талгара со стоянки возле ледника ТЭУ Северный

Утром вышли на ледник, а он держит! А нет, не держит. Улары — горные куропатки — одобряюще свистели, мы копали траншею через весь ледник, пока не вышли к перевалу ТЭУ. На спуске с перевала снежник тоже не работал, поэтому спустились по осыпи. За пару часов спустились к Левому Талгару, по пути встретили стадо теков, следы и помёт марала.

Кирилл Белоцерковский перебирается через реку по бревну
Я переправляюсь через Левый Талгар по пути домой

Насвистывая «Верхом на бревне» перебрались через реку, и подошли к началу подъёма на Талгарский перевал. Махом (на самом деле за два часа) поднялись на перевал, там как в метро: толпы народа всё поднимаются и поднимаются на канатке. А мы уехали вниз.


История прохождения маршрута Тятинина: alpklubspb.ru/ass/a132.htm
Наша попытка 2015 года: steelinside.com/trud-2015
Карта-схема Среднего Талгара

Вливайтесь в общение

2 комментария

  1. Здравствуй , Кмрилл ! С удовольствием прочитала о вашем восхождении на Труд , очень интересно ! Как будто бы снова побывала в этом районе , вспомнились восхождения на п. Талгар ( сборы под руководством Валиева К. Ш. и Хрищатого В. Н. летом 1991 года ). Сходила тогда на Талгар по Пелевина и по Акименко , тогда еще 6А , Караульчи Тау , а забрасывались мы на вертолете и жили в альплагере – тогда еще сохранилось несколько домов , пригодных для жизни . Классный район ! Валерий Николаевич Хрищатый хотел восстановить альплагерь. Не успел …

    1. Я смотрел на котонфорс Акименкова и вспоминал ваш рассказ о нём.
      В альплагере один из домиков цел, я там бываю раз в несколько лет. Район, действительно, замечательный. Всё куда больше чем у нас, хотя совсем недалеко.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: